Почему Турция увязла в проблемах и что ее ждет дальше, рассказал эксперт 11 декабря 2021, 08:49

Фото ©REUTERS

Экономика Турции переживает если не катастрофический, то поистине непростой период. Курс лиры неудержимо падает, сокращаются валютные резервы, стремительно растет внешний долг и уровень безработицы. Кроме того, на эти факторы наложились критические последствия пандемии. Почему экономика страны оказалась в глубоком кризисе и что ждет Турцию дальше, корреспонденту Tengrinews.kz рассказал казахстанский эксперт Института мировой экономики и политики (ИМЭП) Сарабеков Жумабек.

Внешняя политика

Эксперт ИМЭП отмечает, что сегодня Турция выступает одной из самых энергичных держав и стремится играть ведущую роль одновременно в нескольких регионах.

«Турция вовлекается в конфликты на Ближнем Востоке, отстаивает свои интересы в Восточном Средиземноморье, становится полновесным игроком на постсоветском пространстве. Одновременно Анкара стремится играть лидерскую роль и в тюркском мире», — рассказал Жумабек Сарабеков.

Вместе с тем политолог подчеркивает, что сегодня перед Турцией возникает ряд внутренних вызовов, которые могут снизить ее активность и ослабить позиции.

«В этой связи возникает вопрос: достаточен ли запас прочности у турецкой экономики для реализации геополитических амбиций», — рассуждает Сарабеков.

Особенности турецкой экономики

Эксперт напоминает, что в последние годы турецкая экономика входит в полосу длительного спада. По его словам, проблемные тренды в ней начались еще до пандемии. Во многом они сводятся к «растущим издержкам текущей модели экономического роста».

«С приходом к власти Партии справедливости и развития в начале 2000-х годов Турция сделала ставку на стратегию ускоренного роста. Турецкое правительство пошло на резкое увеличение госрасходов и кредитование экономики. Центробанк долгие годы сохранял почти отрицательную ключевую ставку в целях поддержания высокой деловой активности», — объясняет эксперт ИМЭП.

Другим ключевым элементом турецкой модели роста стал фокус на приток иностранного капитала и международные кредиты, отмечает политолог.

«Дефицит бюджета и минусовое сальдо внешней торговли также покрывались за счет заимствований. В результате внешний долг Турции, составлявший 104 миллиарда долларов в 2000 году, сегодня уже превышает 400 миллиардов. Такая формула роста обеспечила быстрые результаты. С 2002 года ВВП Турции ежегодно демонстрировал средний рост в 5 процентов, что позволило повысить уровень жизни в стране и превратить турецкий бизнес в драйвер развития», — поделился Сарабеков.

Невыученные уроки

По словам политолога, обратная сторона модели роста с акцентом на внешние инвестиции и кредиты — высокая уязвимость экономики.

«Летом 2018 года на фоне повышения процентных ставок в США развивающиеся рынки столкнулись с оттоком капитала. Для Турции это совпало еще и с введением экономических санкций США против турецких товаров. Как следствие, турецкая экономика пережила первый за долгие годы масштабный валютный кризис — с менее чем 4 лир за доллар курс упал до почти 7 лир к августу 2018 года», — напоминает специалист.

При этом, как подчеркивает Жумабек Сарабеков, несмотря на тревожные сигналы на валютном рынке турецкие власти не пошли на ужесточение денежно-кредитной политики.

«Именно низкие процентные ставки являются одним из главных столпов турецкого экономического роста. Поэтому правительство и лично президент Эрдоган долгое время выступали против повышения ключевой ставки. Позиция политического руководства оказывала сильное влияние и на турецкий центробанк, что еще больше отпугнуло иностранных инвесторов», — подчеркнул политолог.

Положение дел, по его словам, спасло то, что к началу 2019 года ситуация на мировых финансовых рынках вновь начала постепенно улучшаться.

«К тому же США приостановили процесс укрепления доллара. Как следствие, ситуация для Анкары стала более благоприятной, и власти страны не стали вносить какие-либо концептуальные изменения в курс развития», — добавил Сарабеков.

Кризис и структурные проблемы

Тем временем, напоминает эксперт, пандемия стала настоящим черным лебедем (труднопрогнозируемое событие, которое имеет значительные последствия. — Прим. ред.) для мира, в том числе и для Турции — коронакризис обострил дисбалансы в развитии турецкой экономики.

«Из-за карантинных мер на 80 процентов рухнул туристический поток, обеспечивавший 11 процентов ВВП Турции. Благодаря пакету господдержки и кредитной накачке правительство удержало темпы роста. При этом Анкара израсходовала часть резервов. На поддержку нацвалюты за последние 2 года Турция потратила более 130 миллиардов долларов. Вырос и дефицит бюджета, который в 2020 году составил 24,7 миллиарда против 21,7 миллиарда годом ранее», — рассуждает эксперт ИМЭП.

Однако, по мнению Сарабекова, для Анкары наиболее негативным последствием пандемии стала высокая инфляция.

«В октябре текущего года она приблизилась к отметке 20 процентов. При этом рост цен на продовольствие и вовсе достигает почти 30 процентов. Для обуздания инфляции центробанки обычно повышают ключевую ставку, что и сделал турецкий регулятор весной этого года, увеличив ее с 17 до 19 процентов. Однако президент Эрдоган жестко раскритиковал решение главы турецкого Центробанка Наджи Агбала и отправил его в отставку», — отметил политолог.

В итоге, по мнению Жумабека Сарабекова, турецкие власти оказались перед дилеммой — поддержать деловую активность за счет мягкой денежно-кредитной политики и согласиться с риском инфляции или же охладить экономику и рынки, но при этом двигаться в сторону более сбалансированного роста.

«Пока турецкие власти выбирают первое. Турецкий президент продолжает настаивать на необходимости низких процентных ставок. Сегодня Шахап Кавджиоглу, четвертый руководитель ведомства за последние два года, придерживается схожих с президентом взглядов. В конце ноября Центробанк снизил учетную ставку с 16 процентов до 15 процентов. В результате лира упала до исторических минимумов — 13,5 лиры за 1 доллар, что стало худшим показателем за последние 20 лет», — сказал казахстанский политолог.

Специалист отметил, что обвал нацвалюты привел к росту протестных настроений в турецком обществе.

«Однако, судя по всему, турецкие власти не намерены отказываться от избранного курса. После ноябрьского снижения ключевой ставки Эрдоган не только публично поддержал действия Центробанка, но и выступил в пользу дальнейшего смягчения денежно-кредитной политики», — напомнил Жумабек Сарабеков.

По его мнению, это означает, что турецкая лира может еще больше ослабнуть и показать новые антирекорды.

«Более того, такая логика действий рискует еще больше разогнать инфляцию, так как слабеющая лира повысит стоимость импортных товаров, не говоря о том, что сама по себе низкая ставка — залог высокой инфляции. В результате турецкая экономика может оказаться в порочном кругу», — считает специалист.

Что будет дальше?

Несмотря на растущие сложности в экономике, маловероятно, что Турцию ожидает дефолт или другая катастрофа в скором времени, считает эксперт. По его мнению, в руках Анкары все еще остается целый набор рычагов по управлению рисками, который позволяет властям страны удержать ситуацию под контролем.

«Турция уже сейчас пытается привлечь дополнительные источники финансирования для решения проблем. В конце ноября стало известно о том, что Объединенные Арабские Эмираты выделят Анкаре 10 миллиардов долларов и что стороны уже подписали ряд соглашений и инвестиционный план. Очевидно, аналогичные соглашения Анкара может заключить и с другими игроками, к примеру, с Китаем», — полагает казахстанский эксперт.

Кроме того, как отмечает Жумабек Сарабеков, для снижения напряженности в экономике Турция может пойти на нормализацию отношений с Западом, что также, по его словам, расширит доступ Анкары к иностранному капиталу и позволит выровнять ситуацию с обесцениванием лиры.

«Политические риски пока также носят управляемый характер. Хотя оппозиция пытается использовать кризис в свою пользу, призывая к совместной борьбе против президента Эрдогана, однако турецкое оппозиционное поле остается сильно фрагментированным и не имеет общепризнанного лидера», — считает политолог.

Влияние на Казахстан

Что касается эффектов для Казахстана, то, по словам эксперта ИМЭП, кризисные процессы в турецкой экономике не окажут серьезного влияния на тенге.

«Все дело в относительно небольших объемах торгово-экономических связей — товарооборот между странами за 2020 год составил 2,9 миллиарда долларов. В то же время здесь можно согласиться с мнением коллег о том, что падение лиры может привести к увеличению турецкого импорта в Казахстан, причем как товаров, так и услуг (прежде всего туристических), которые станут более доступными для всех иностранцев, включая и граждан Казахстана», — заключил эксперт ИМЭП Жумабек Сарабеков.

Ранее коллега Жумабека Сарабекова — эксперт ИМЭП Лидия Пархомчик — рассказала, как Турция выстраивает отношения с США и Россией, играя на их противоречиях.

Вам будет интересно  Аланья от А до Я: все об отдыхе на популярном курорте

«Туры горят»: откроют ли Турцию с 1 июня

В Анкаре предлагают возобновить авиаперелеты с началом лета, но в Москве молчат.

Власти Турции выступили с предложением разрешить полеты на курорты страны с первого дня лета. Предлагается схема «безопасного туризма», которую опробовали ранее в отношении туристов из Германии. Такая схема предполагает приезд туристов из других стран только в туристические регионы. Сообщается что там гораздо меньше прирост ежедневных случаев заражения ковидрм. В некоторых курортных зонах он меньше на половину от среднего по всей стране.

Предложение Турции по возобновлению авиаперелетов

24 мая министр культуры и туризма Турции Мехмет Нури Эрсой предложил возобновить перелеты в такие туристические регионы страны, как Анталья, Бодрум, Даламан и Измир, где регистрируется более низкий уровень заражений. Кроме того, министр допустил отмену обязательных ПЦР-тестов для въезжающих россиян. Но ответное решение российских властей пока неизвестно.

Тем более, что, как предполагают некоторые обозреватели, отмена авиасообщения с Турцией может объясняться не только медицинскими, но и политическими причинами.

«Решение запретить Турцию было принято после того, как стало известно о продаже Турцией БПЛА Украине. Более того, правительство предупредило российский бизнес ничего „не планировать“ по турам в Турцию на июнь, несмотря на возросший спрос российских туристов», — считает обозревателя издания Cumhuriyet Джале Озгентюрк. По его мнению, перелеты могут возобновиться не раньше 1 августа.

Туристы из России ждут решения Москвы

Между тем, российские туроператоры и рядовые граждане, которые мечтают о летнем отдыхе, с нетерпением ждут решения по Турции. Крупные турагентства до сих пор предлагают пакетные туры на июнь.

Как рассказали в одном из агентств, делают они это, «надеясь на лучшее», то есть на восстановление перелетов с 1 июня. «Полететь» в Турцию можно, начиная от 33 тысяч рублей за 7 дней на двоих. Если же страна не откроется, забронировавшим тур будут возвращены деньги, предложено другое туристическое направление или перенос тура по уже применявшейся ранее схеме.

Вам будет интересно  14 главных достопримечательностей Сиде, которые стоит посетить

Директор Ассоциации «Объединение туроператоров в сфере выездного туризма «Турпомощь» Александр Осауленко рассказал, что представители отрасли все еще не исключают открытия Турции 1 июня, но точно предсказать ничего нельзя. Если «берег турецкий» все же останется за пределами досягаемости, удовлетворить отложенный спрос российским курортам будет очень нелегко.

— Прежде всего, нужно исходить из санитарно-эпидемиологической ситуации. Мы видим, что обстановка коренным образом изменилась. Но, безусловно, оценки с точки зрения безопасности должны делать наши компетентные структуры, а окончательное решение принимать оперативный штаб.

Источник https://tengrinews.kz/world_news/pochemu-turtsiya-uvyazla-problemah-chto-jdet-dalshe-456277/

Источник https://ptoday.ru/blog/tury-goryat-otkroyut-li-turtsiyu-s-1-iyunya/

Источник

Источник

от admin